October 27th, 2010

Люди-айсберги

О размере нетленного бита

Не далее как всего 50 лет назад К. Шеннон дал нам вконтакт, голых блядей и смски посредством точного определения термина информация, высказанного через понятие бит. С тех пор много воды утекло, тонны этих самых битов выложены на всеобщее обозрение. Тем не менее, много тыщ лет назад некто поставил другие биты - пирамиды Хеопса. И видит аллах, что наши биты не чета тем, настоящим. Об истинной нетленке и иллюзорности ватного программистского бита.

Самый большой бит

Важность размера для человечества в том, что он есть. Вот "искусство", "совесть", "смысл" и даже "время", этого может и не быть. А размер точно есть. Это видно, как мужик мгновенно вычленяет взглядом огромные дойки в толпе, бабы примечают огромный хуй ниггера, дети тянут к слону в зоопарке, и даже программистишка радуется широкополосному интернету, объёмному винчестеру и большому монитору. Очкастый бородастый дядя со сцены, пизжа про миниатюризацию, обязательно вытащит сотовый с огромным дисплеем; миниатюрная крашеная блондинка к феррари обязательно возьмёт огромный джип, огромного качка охранника и огромный кошелёк с пузом для женитьбы; эффективный попильщик будет пиздеть про нано а спиздит гига. Все, все знаю, что большое - это гуд, это хорошо, что лучше большое, чем маленькое.

Вместе с этим укрупнённым потреблядством, человеческая натура жаждет пенис-энларджера, желательно что бы "ах", что бы навека, что бы выжившие тараканы или неведомые нам в будущем процеротопсы-вульгарис смортели и охуевали нашим свершениям. Тут и заключается подъёба, подложенная нам очкастыми блядскими учёнишками с мелкими хуями и мелочными решениями. Давайте отправимся на машине времени в глубокую жопу давности. Там и тут ходят динозавры, выковыривая между пальцев ног застрявших человечишек: скелет размером с дом прилагается. Рабы на каменоломнях корячатся над фаллической архитектурой: пирамиды хеопса и храмы майя прилагаются. Очкастые пиздюки придумали первую писанину, которой выебут мозг всем: первые каменные плиты с выдолбленным текстом прилагаются. Дальше всё микроскопический пиздёшь и провокации. Кто-то где-то что-то написюкал своими крючками на невесомом листочке, сложил в талмуд, под эту тему выебал девственниц и грабил караваны. Листочки истлели, их переписали, в мозг насрали, выебли ещё раз. Кто-то что-то где-то нарисовал, краски облупились на залупу, подмалевали, подделали, продали, опять наебали. Как-то кто-то где-то пёрнул, записал, подписал, просунул, отсосал - шедевр, пулитцер и оскар. И всё в ведро, всё в ведро, в трэш. В отпуске же срочно, нахуй из микроскопического мира защеканцев в настоящее: смотреть безбрежный настоящий океан, гигантские горы, лазать по пирамидам и крутить слонам огромный хобот. Как будто древний человек был гигантским, ворочал горы, и с течением времени мельчал в горбатого программиста, а потом в гигабитную лягушку, потом в микроба, потом в ДНК, и всё начиналось сначала.

Хитрый хачман, друг кепки, захотел наебать вселенную и засрал всю сраную столицу своими чугуниевыми высерами. Но народ не наебёшь, народ сразу видит, где истина а где подвальная автоматизированная штамповка чугунных пеннис энларджеров. "Не верю" говорит народ, выкорчёвывает с корнем железные сранины и сдаёт в утиль, и ни один не заплакал и не зарыдал - говно не жалко. Или другой шизоёбик, накупил обрезной доски, сделанной за пол часа древопильным станком, накупил шуруповёртов макита, нанял три таджика, вкатал "пирамиды щазться" ессно в подмосковье, и сидит внутри, ждёт космических лучей да откровения вселенной. Иной прохожий подойдёт, поковыряет пальчиком струганые на станке мёртвые доски, выссыт "клинское" на задний двор кострукции, скажет "долбоёб" и поедет дальше, грабить корованы под столичным протекторатов эцилопов с мигалками. Я уже молчу про драбасралов, которые слагают невесомые биты в хитрую паутину непонятного говна, про чванливое околокультурное дерьмо, язвенно блюющих среди помойки инсталляций биеннале; про инженера, делающего педаль газа из пластика. Про весь нонешний мир, занимающийся всё более нано, с претензиями всё более гига; про мельчающих людишек из панелек с двухметровыми потолками катающихся в Рим удивляться домам с шестиметровыми потолками.

Корова времени благодарна хилому биту, у неё шершавый язык. Демон коровы времени резвится у вас на винчестере, отгрызая в день по пикселю ваших ебучих нетленок с зеркалок. Время радуется мелочности мира, децильности современного бита, плотности наших информационных помоек - упаковывать не надо, сразу можно утилизировать. 10 мегапикселей! Кто, блять, больше снимет сиськи бляди!? Сто мегабит! Кто больше закачает голливудской срани?! Еридер, закачай всю мировую библиотеку, сожри, проблюйся и останься чистым листом! Купи гигантский винчестер, обснимай и звукозапиши весь мир по битику, а потом разъеби его об стену. О е, ты поёб весь мир! А теперь поедь и пни ногой пирамиду Хеопса. Больно? Потому что она - настоящая нетленка, а шенноновский бит всего лишь энтропия, движение вымышленного околопердёжного газа, математический фейк из области неопределённости и мат. статистики.

Осознал? Теперь попробуй сохранить что-то, что тебе важно, сделай нетленку. Давай, давай, ищи своё говно на винте, пока корова времени его не слизнула языком. Пишешь на болванку? Ай молодца, и в микроволновку её, всё равно жизни болванке - лет пять, и верно, нехуй дерьмо плодить. Тащишь принтер, печатать в цвете? Молодец, и в топку, даже масляные шедевры покрываются пиздой. Тащишь матричный принтер? Этих трудолюбивых каменотёсцев-дятлов, чудом выживших в нашем бесконтактном мире? Хитрый, падла, но бумага то накроется. Так что давай, вытаскивай зубило, доставай камушек гранитный, и пиздяч ручками. Пропотел, болезный, сократил свою нетленку, то-то, это тебе не виртуальными битами свет засирать. А теперь вспомни, много камушков с надписью осталось? То-то, выбрасывай зубило нахуй, бери кран и динамит, поехали горы двигать. Вот ими, пирамидами, и будешь писать свою нетленку на пузе многострадальной земли. Получилось, гигантская надпись "хуй", но что-то не то: не видно напряга, кучи трупов и энергетики. Давай-ка рабов сюда, а кран нахуй, пусть на горбу таскают и напильником обтачивают. Так, взлетим посмотрим, что написал... Ого, да ты достиг совершенства, ты выложил циклопический хуй! Вот, родной, это и есть нетленка, это и есть натурально вечно, это и есть тот самый настоящий стоеросовый одиночный бит - послание предкам. А террабайтный винчестер выкинь, всё это - лишь невидимые, никому незначимые песчинки, из которых сложен нетленный хуй навека.
  • Current Music
    Culture Shock - Culture Shock