Category: авто

Category was added automatically. Read all entries about "авто".

Люди-айсберги

О нахуй спасении

Есть категория паникёров, которые вступив в говно в лифте тут же бегут спасать россию. Вот нахуй такие заботливые няньки. С пациентом всё хорошо, здоров и пышет нефтью. Вы забылись сударь, вы едете на автоВАЗе, он никогда лучше не был, он так спроектирован, русскими для русских.

Рашка это автоваз

Рашкованное сознание - горлышко от советской водки, узкое, как очко вчерашнего студента попавшего на корпоративные нары реальной жизни. Приколотить полочку к стене не можем, унитаз почистить не можем, зато ядрёно ветвисто рассуждаем в зассаном подъезде о всемирном пиздеце, революции и спасении человечества. Пиздеть - не мешки ворочать. Особенно мы любим трындеть про рассеи_пиздец и как_спасать_рассею. Как будто рассею надо спасать, как будто она больна, как будто ей надо срочно ставить клизму, иначе она назавтра пизданётся размалёванной харей в грязь, дёрнется в конвульсиях да подохнет. При этом платиновый костыль в виде стобаксовой нефти и одебиливания европы не замечается, равно как и не замечается соседский поршекаён в песочнице, хотя в конце 90х он ездил на бушной ауди-бочке. Нихуяшеньки не видят, не слышат, всё запасаются градусниками и измерителями давления, врачи ебаные, рвутся к тушке родины матери, всё полечить хотят, эскулапы доморощенные хуевы. Кого лечить, алё, рашку? У рашки праздник, ток вот навернулся самосвал с печеньками, ток памела андерсон руками к забору прилипла, ток нефтяная маза пошла, ток европеойды забили на развитие, почернели и стали ездить на джипах, а у вас морды всё грустнее, ебалы всё мрачнее. Здорова рашенька, аппетит заебатый, моча и кал в норме, харя жирная лоснящаяся трескается, будущее похуй, прошлое нахуй. Это видно в каждом сальном депутате, в каждом работяге на фордофокусе, в каждой свинодомохозяйке на золотом биде, в каждом чартерном самолёте за бугор. Господа быдло-с, у вас всё охуенно, вас наёбывают рефлексирующие интеллигентики!

Или вот так, коли не врубаетесь. Рашка это безусловно автоваз, равно как и всё что делается в стране во всех сферах есть отражение страны и наоборот, но автоваз это очень уж показательно и доходчиво. Вот скажи мне, люмпен, у тебя, купившего девятос, разве будет паника, что этот автомобиль - пиздец разума, что ахуй и ездить нельзя, что неминуемо ты въебёшься на этом говне в столб, что с каждым километром на этом ужасе мысли ты будешь погружаться в сраное говно. Да конешна нет, даже поцтреотически любить будешь и иконку на бардачок приклеишь! Будешь ли ты в приспущенных портках бегать по гаражам, собирая революционную тусовку против автоваза, потому что он катится в сраное говно? Конечно нет! Будешь ли ты менять всё срочно кусками и в конец нахуй, на помойку? Да это бред! Ты же понимаешь, что это автоваз, и смешно требовать от него с пол тычка завода по утрам, мягкой езды и эффективного торможения. Что до прожорливости да, обидно, что импорт лучше, а жрёт дешевле, но такова рашка, что жрёт много. Ты до глубины жопы понимаешь, что этот агрегат придуман русскими по образчику от европейцев и собран русскими для русских, это и есть русскость и духовность и вся хуйня. Автоваз это вся раша, и нищие инженеры, и спизженное бабло, и хуёвые материалы, и гнилая верхушка на джипах, которым всё похуй, кроме воровства. Так какого хуя, блять, ты, еблан дёрганый, выдвигаешь претензии к стране рашке, коли что рашка что автоваз - один хуй! Это одно и тоже: сделано русскими для русских, садитесь жрать, пожалуйста. Синие писалки, линолеум "спарко" и колхозный "ксенон" из синего гондона, и это ВСЁ, что можно сделать с этим говном! Или выкинуть нахуй, целиком, с инструкцией по эксплуатации и девственно чистым гарантийным талоном, вписду, на свалку, и купить иномарку.

Между прочим, автоваз юзер, ты, сука, неблагодарная свинья и хуй. Итальянцы нам дали заднеприводную балалайку, а мы, за 50 лет, таки сделали переднеприводный пацандевятос, мы работали, старались, и не все полимеры просрали. А ты ко скольки на работу ходишь? А много делаешь? Вот и завали ебало, офисный пиздюк. Мы работем как можем, спустя рукава, между перестрелками и попойками. Государство рашка у нас примерно также, латается на ходу, отстаёт на сто лет, но модернизируется. Знаете, что теперь холопов не запарывают на конюшнях? Вот, то-то! Их просто быстро и чисто давят джипами, а говорите катится в говно. А знаете, что теперь прикреплённым пропиской крепостным холопам можно на летающей телеге летать в турцию и ссать им в море? То-то! Кроме того, в поселковом лабазе дебиляторы размером с окно по сходной цене, соевые сосиськи, быстрый тырнет с блядьми, импортные повозки в кредит, всё для любимого быдла, и это вы называете катится? Для "девятоса" это охуительные параметры, любой потцан скажет, мы ебашим на ней 160 км/ч с ёбычем, радостно высунутым в окно. Но вы, твари неблагодарные, всё смотрите на мерседес, всё сравниваете с ним, всё на боженьку ропщете.

А вот скажи тебе, лапотный чмо, а давай ка тебе вместо карбюратора, который лечится кувалдой и ёршиком для советских молочных бутылок, поставим рассеянский блок впрыска, россиянский гидроусилитель руля и россиянский АБС да глонассом припудрим. Че, обосрался? Че, зассал? Че, бля, "ой ненадо"?! Че, сука, "да я и так поезжу, ну его нахуй". Зассал сука??! Правильно зассал! Наш человек! Опытный! Наебнётся всё, руль в повороте отвалится, двигатель на обгоне захлебнётся, тормоза перед майбахом накроются, бля буду! Ты бы импортный блок поставил, но дорого и понимаешь, что латанием жопы тут не исправишь. Так что синие писалки, линолеум "спарко" и позорные задние барабанные тормоза, крашенные красной краской. Умник, который тюнингует автоваз до самой прямой кишки, вторгается в обитель саурона, шевелит простату у мордора, срёт на деревянных идолов мазеррашы и будет ацки покаран. Отвалятся на ходу колеса, въебёшься ты в гнилой пень на полной скорости, и только испуганные бобрики и лосики будут охуевать от зрелища твоих раскинутых кишок и натянутого на сук ебала. Не трогай рашу, сука!

Так какого хуя рыволюции, что вам всё время надо, гаражные рукоблуды блядские?! Конструкцией не предусмотрено, точка! Разработано через жопу, точка! Но едет! Ёп, бля буду, едет! Технологией предусмотрено только исключительно синие писалки и надпись спарко, т.е. торговля синим газом и надпись "нано", и ничего больше! Любой гэбюк, осознавая это, грудью своего мигалочного джипа стоит на страже всей этой рухляди, под названием "рашка", давая по рукам каждому левше, что возомнил себя архитектором. В изоляторы архитекторов, в СИЗО реформаторов, всем пизды и по рукам. Вот вам машина ваз, кто не взял - тот пидорас. Хочешь движухи - лепи наклейки "нано" (чем хуже спарко?), "модернизация", "селигер". Красить траву и потёмкинские деревни это мы умеем. Менять только наружку, но никогда не трогай внутренности. Вставь пердак в глушитель, диски от телеги, выебнись, это как раз по пацански, но не улучшай ничего значимого, ну его нахуй. Хочешь подушки безопасности, ну подожди, лет через сто будут, разъебав при тестировании тыщи невинных жертв. Или иди нахуй с нашей машины, иди, скотина, продавайся западу, за сладкий выхлоп евро-5, за мягкие сидушки и мощный двигатель. Нехуй раскачивать лодку, рашка жива и прекрасно себя чувствует, здорова как никогда. Вот как будет нефть по 10$ вот это будет пиздец, а не то, что вы там себе сегодня надумали: есть друг друга ложкой будем, почки вырезать на ходу, мочить без понятий. Ну а что родина - сраный автоваз, так помилуй даждьбог, она никогда другой и не была! Проще, товарищи, без нервов, просто иногда вспоминайте, что вы трясётесь, заслуженно причём, по ухабам в железной коробке ВАЗа, и всё станет на свои места.


Люди-айсберги

Почему гаишнику лэнд ровер?

От каждого — по способности, каждому — по труду. Россия уже в коммунизме! Ну где ещё простой гаишник катается на лэнд ровере, ценник на который в позорной для рашкована комплектации начинается от 4 000 000 а для пацанов, к коим принадлежат менты, доходит до 6 000 000? Вот сегодня доблестный гаишник, всю ночь поддерживавший вертикаль власти в элитном ресторане, устал в своём джипе и заснул, собрав огромную пробку из быдла на дешёвых машинах. И ведь не перевернёшь джипяру и не выковырнешь изнутри пухлого путинского моллюска - жирён, как поп!

147.01 КБ

Коммунизм наступил, конечно. Не для всех. Например позорная библиотекарша: почему она не заснула за рулём своего частного вертолёта и не ёбнулась на свой дворец в заповедной зоне у реки? Инженер, почему он не напился хеннеси с прокурором, и не протаранил своей яхтой плотину бобров в водоохранной зоне, где у него вилла? Художник-оформитель, почему он не наблевал в бардачок своей пидорской гламурной спортивной тачке, когда нажрался бы посреди красной площади мартини с другом, вызывая дух креатива? Ад потому что не русские они, не роднятся с родиной, не дух от духа, плоть от плоти! Всё налево смотрят, книжки читают, творят что-то! и не даёт им боженька, нихуяшеньки не даёт, ни копейки. И влачат они своё существование среди снежной чачи в дешёвой позорной иномарке в гигантской пробке: когда же Господин Полицейский соизволят выспаться в своей реальной тачке, протрезветь, и освободить ничтоже быдлу узкую тропку, дабы оно, быдло, могло заработать и заплатить налоги для оплаты налогами услуг Господ Полицейских.

Доблестная рашкина говномассмедия, как стахановская проститутка, начала метания между хуй пососать и народу косточку бросить. Что бы никто не догадался, было написано что "якобы гаишник" в "якобы дорогом джипе" "якобы заснул" "якобы бухой". Что бы через неделю отчитаться, что нихуя небыло, а если надо расследование, то это был наверное токарь с завода "Красные чугуниевые залупы", спиздивший джип у Господина Полицеского, но от совести напившегося в жопу и приносящего молитвы прямо за рулём элитного авто. Вся рашка "якобы существует" у нас есть "якобы гарант" и "якобы глонасс скоро полетит", а по факту бандит на бандите ворует нефть, жирует, бухает за рулём, блюёт на соседа, плюёт на закон а конституций протирает мигалку на крыше. И хоть ты проебись три раза в объяснениях, но народ точно знает: кто насрал в мавзолей, кто сбил бабушку на переезде, кто спиздил кусок земли, кто всегда пьяный и с мигалкой? Конечно мент, депутат, госчиновник или ещё какой бандит или его обширяный сынок. Нас не наебёшь!

Что до мента, то он не виноват. Ну выпил, с кем не бывает. Ну поехал на тачке, с кем не бывает. Ну заснул - перепил значит, с кем не бывает. Кому-то не нравится? Ну так идите в метро, там тоже пьяные Господа Полицейские, но они без джипа, ютятся по углам и спят, движению не мешают. Или вы завидуете? Так надо любить родину, боженьку, презика, молиться когда нужно и кому нужно, а там и жизнь наладится: примут в какую ОПГ, будешь сначала шестерить, потом заматереешь, будет тебе и джип и мигалка, всё по труду, всё как лениномаркс писал. Что касается способностей нашей вертикалеэлиты, то они все хорошо известны: грабить, убивать, воровать, народ сапогом пинать: вот что умеют, чему научились, то и есть. Так что коммунизм, хорьки: от каждого по способности, каждому по труду. Такие у нас способности, такой труд, такая страна.

Люди-айсберги

Новый прораб (Как новый прораб дом строил)

Нежно-розовый внедорожник, визгливо завывая турбированным двигателем, штурмовал кочку при въезде на стройплощадку. Разбрасывая шлепки грязи по своим лакированным бортам, он поднатужился, дёрнулся и проскочил злополучную неровность. Затем сделал затейливый крюк, неустойчиво вихляя маленьким задом, въехал в роскошную грязную лужу, где окончательно и застрял. Спустя некоторое время дверь внедорожника открылась, из-под неё показалась лакированная туфля с белым носком, а затем и весь водитель, сгрёбший в охапку все свои гаджеты. Именно в таком виде прораб и предстал перед всем честным строительным народом: в дизайнерской одежде, с охапкой хитроумных электронных устройств и по колено в грязи.
— Эй, кто-нибудь, в сторожке! Вынесите мне отцовы сапоги!
Дверь открыл не менее гламурный молодой человек. Сначала он сосредоточенно осмотрел свой свежий маникюр, и лишь потом обратил внимание на одиноко стоящего в грязи патрона:
— А, Гарик! Я смотрю, вы на стройке без своего отца и шагу не можете сделать! Ладно, шучу. Вот ваши, вернее, его сапоги.
С этими словами он, зажимая нос пальчиками, аккуратно, через салфеточку, вытащил из бытовки два старых тяжёлых кирзовых сапога. И, недолго думая, шагнул навстречу начальнику в своих не менее лакированных штиблетах.
— Да вы, Павлик, я смотрю, шутник не меньше моего! — воссиял прораб от зрелища застрявшего в грязи коллеги. И товарищи громко засмеялись, даже попытались пожать друг другу руки, но чуть не упали и, не вылезая из грязи, стали обсуждать насущные проблемы: получил ли Гарик возмещение по страховке, подходит ли нежно-розовый цвет к шнуркам на его кроссовках и стоит ли Павлику взять спортивную машину для разъездов «по работе».

Пока стильные носки сушились на солнце, друзья выпили по чашечке великолепного кофе латте из стоящего здесь же кофейного аппарата, купленного вместо трёх сварочных. Новые туфли уже ехали срочным курьером из интернет-магазина, и жизнь новых строителей налаживалась буквально на глазах. Пока прораб, оторвавшись от изучения недр очередного гаджета, не вскочил и не хлопнул себя по лбу:
— Павлик, друже мой, что же вы молчите?! Что ж ты, чёрт старый, не напоминаешь! Сегодня на нашей стройке, единственной в городе со времён смерти последнего строителя старой школы, будет эпохальнейшее событие – завоз цемента!
— Хм, мой патрон, — промычал заместитель прораба, не сбавляя темпа общения с девушками в чате через телефон. — Вы же мой мудрый и профессиональный руководитель с тремя дипломами, кучей сертификатов. Представитель старейшей династии строителей, одобренной партией и правительством. Я, Гарик, за тобой – как за каменной стеной. Руководи мной!
— Очень смешно. Лучше скажи, как этот цемент выглядит? Куда его сложить надо? За бытовку — пойдёт?
— За бытовку – пойдёт. Главное, чтобы вид не портило, чтобы плакаты были видны, лик нашего президента, и доску нашего почёта не загораживало. Я там дивные фуксии высадил, ты видел?
В это время за бытовкой что-то щёлкнуло, в самой бытовке погас свет, запахло палёным. Мимо окна проплыло удивлённое обугленное лицо молодого человека с куском оплавленного провода. Паренёк медленно завалился набок и притих. Павлик подошёл к окну, задумчиво грея в руках чашку с ароматным кофе.
— Ещё один электрик. Одноразовые какие-то. Надо нового выписать с университета.


Ближе к обеду мирная беседа двух строителей была прервана диким грохотом, треском и криком разбегающихся в разные стороны по строительной жиже детей таджиков. В заборе, окружающим единственную стройку в городе, красовалась здоровенная дыра, из которой торчала огромная морда бетономешалки. Из неё торчала испуганная морда водителя, прислушивавшегося к голосу навигатора, «поворачиваем налево, поворачиваем налево».
— Добрый день. Стройтрест номер один здесь дом строит? — спросила испуганная морда, оказавшаяся вполне опрятным личиком. Получив ответ в духе, что больше нигде не строят, личико расцвело:
— А я вам бетон привёз! Забирайте.
— Нам не нужен бетон, нам цемент нужен, — сумничал прораб и сделал максимально понимающее, серьёзное лицо.
— Я на бетонном заводе работаю. У меня только бетон. Так заберёте?
— Ну, чёрт с тобой, давай сюда. Вон, за бытовку сложи, — ответил прораб и удалился в бытовку, в чарующий мир интернета.

Через пять минут в бытовку постучали. На пороге стоял водитель, грязный по колени. Извиняющимся голосом он начал:
— Извините, я на заводе всего чуть-чуть работаю, всего четыре года, сразу после диплома строительного университета устроили. Мне бетон точно загрузили, но вот куда – я не знаю. Давайте вместе пойдём, найдём его и вам за бытовку свалим.

Трое строителей стояли у огромной бетономешалки. За эти пять минут горе-водитель сделал круг по территории и остановился в центре площадки, слегка задев нежно-розовый внедорожник прораба. Буквально только капот, примерно по руль.
— Я тут вам помял чутка. У меня самого электромобильчик маленький. А я им говорил, что боюсь ездить на больших машинках, но меня заставили, потому что всем страшно.
— Да ладно, — сказал прораб, осматривая умерший под гигантскими колёсами джипик. — Страховка новый купит. Вероятно, цвет несчастливый.

Трое специалистов, чавкая по грязи, три раза обошли вокруг бетономешалку.
— Ну, что, коллеги, какие будут идеи? Где тут есть цемент?
— Я, кажется, припоминаю. Кажется, он в заднице, — лицо Павлика отображало мучительное напряжение мозга, ищущего зачатки мысли. — В старых учебниках нарисовано было, что из зада сыпется. Так фундаменты делали, вот, точно!
Прораб удивлённо повёл бровью:
— Да ты у нас зубрилка! Ботаник! Я в то время всё больше по клубам да по Мальдивам катался, ничего не помню. Молодец! Будет тебе премия. Пошли смотреть сзади.

Сзади у бетономешалки оказалась маленькая круглая дырка, да ещё и высоко-высоко!
— Вероятно, цемент там, в этом яйце, — многозначительно заключил прораб, ткнув наманикюренным пальчиком вверх.
— Бетон. Десять чего-то там. Блоков, квадратов. Кубов, во! — вспомнил водитель, запрыгал от радости и вынул наладонный компьютер — Сейчас, в бухгалтерию залезем, счёт-фактуру посмотрим, чего там и сколько.
— Вау, какой гаджет! — глазки заместителя прораба округлились — Со стразиками!
— Эй, голубки, давайте выгрузим цемент за бытовку, а дальше делайте, что хотите. Зови таджиков, Павлик. С лопатами!

Через полчаса поисков по стройке, из люка в земле было выкурено ровно три таджика, одна ржавая штыковая лопата, лом один и модный шуруповёрт, но без аккумулятора. Таджик-первопроходец, как скалолаз, взобрался на бочку бетономешалки, ему кинули лопату, которой он осторожно поковырял содержимое. Содержимое не поддавалось.
— Эй, ботан, ты помнишь, он твёрдый, жидкий, в пачках? — спросил прораб своего зама.
— Кто его знает. Вроде жидкий должен быть, но, кажется, застывает в камень, — потом подумал и добавил. — Это значит у нас исполинского размера камень, вокруг которого намотана бочка этого миксера. Водила, как тебе эта тема?
— Что-то припоминаю. В кабине было написано, что надо нажать, чтобы крутилось. Но я давно университет закончил, читаю уже плохо, забыл всё, — начал припоминать водитель.
— Ты что, дурак, миксер не включал, чтобы он крутился всё время, чтобы бетон не застыл? — спросил заместитель прораба. По слезливому взгляду водителя было всё понятно.
— Я не успел, я не мог, я был слишком занят управлением, у меня лак не высох, в конце концов! — заголосил водитель и заплакал.

Ситуацию спас таджик сверху. Он ломом пробил корку сверху, и внутри оказался порошок цемента.
— Не дрейфь, «водятел»! На твоё счастье дурака другой дурак на вашем заводе тебе цемента сухого засыпал, без воды. А воду сверху налил, два ведра. Так что выковырнем сейчас твой цемент. Надо только вспомнить, зачем мы его заказывали...
— Думаю, для фундамента, — многозначительно сказал Павлик.
— Хорошо, а что это? Это типа ямы, куда надо всё это ссыпать?
— Ага. А яму экскаваторщик Тимур должен был выкопать. Он и трактор заказал для этого в интернет-магазине тракторов. Берёшь так трактор, миллионов за десять, и в корзину. А потом курьер тебе его доставляет. Откат капает автоматически на пластиковую карточку. Очень удобный магазин.
— Короче, умник. Показывай яму.
— Не получилось у нас с ямой, я тебе ещё в том месяце рассказывал. Тимур две недели на нём вот тут катался, соляры пожёг как на танковый взвод, а так ничего и не выкопалось, только ровнее стало. Пока сторож не сказал «что это ты, сынок, на катке грязь катаешь, али асфальт не подвезли?» Понимаешь хохму?
— Неа, — лицо прораба было серьёзно как никогда.
—Тимур по-русски ни бельмеса, только на своём, горном. Диплом купил, в общем, как все. На сайте по картинкам выбрал, жёлтый и красивый, как он сам сказал, а курьер, падла, что технику привёз, не сказал, что это каток. Тимур бюджет освоил, но вот с работой накладочка вышла.
Прораб продолжал слушать с неподдельным вниманием.
— Каток это был, а не трактор. Каток! Ладно, проехали. Нет ямы, в общем. Сдвинули мы сроки, на полгода. Дольщики пусть приплатят ещё: нам ещё трактор покупать.
— Так что нам делать? — спросил прораб в полном замешательстве, так как столько узкоспециальной строительной информации за раз он даже в университете не получал.
— Как всегда. Таджиков с лопатами свистать наверх, пусть за бытовку товар сложат. Купим трактор, выкопаем яму, накидаем туда цемента – будет фундамент.

Ближе к вечеру Гарик и Павлик грелись в лучах заходящего солнца, и тут из-за пелены цементной пылевой завесы, которую развели таджики на всю площадку, показался большой начальник со свитой и скоморохами. Лица высокой комиссии, после прохождения мимо бетономешалки, больше напоминали лица шахтёров из забоя
— Гарик, Павлик, рад вас видеть, мои орлы! — большой начальник жарко пожал руки начальникам стройки.
— Владимир Израилевич! Что же вы не предупредили!? — Гарик весь затрясся, как левретка перед хозяйкой и закричал в противоположную сторону — Комиссия! Горнисты, знаменосцы! Комиссия!

Из бытовки, как тараканы, выбежали прилизанные мальчики и девочки, все в одинаковой стильной форме «под строителя». Все сразу, не переводя дыхания, начали петь «осанну» высокой комиссии, большому начальству, партии и правительству. Через пять минут текстовка закончилась, и мальчики с девочками так же мгновенно исчезли.
— Молодец, Гарик! Держишь отцовскую марку! Не зря тебя назначили стоить единственный жилой дом. Больше-то некому, кругом одни лентяи, а всё денег хотят, денег!
— Я стараюсь, Владимир Израилевич, очень стараюсь. Никак не ожидал вас так рано увидеть, ведь буквально неделю назад мы были у вас на девяностолетии...
— Не поверишь, Гарик, некому отдать место! Нет никого, кто меня бы заменил. А я стар, слаб, мне бы удалиться в своё поместье на Лазурном берегу, но приходится вот работать до последнего вздоха. Иначе всё украдут, Гарик, всё украдут!
С этими словами, на выдохе, большой чиновник закашлялся и, вытирая цементную пыль с лица, спросил:
— А что это вы тут делаете. Я смотрю, стройка вовсю идёт?
— Конечно, Владимир Израилевич! Вот, цемент завезли, фундамент будем делать скоро. Всё по плану, задержки не больше чем на два-три года.
— Ты молодец, Гарик. Я вот смотрю на вас, молодых, и не страшно мне уходить. Знаю, что оставляю пост на верных мне людей, профессионалов своего дела.
Гарик понял, что сейчас самое время замолвить словечко для карьеры:
— Владимир Израилевич, вот бы мне тоже пост, как у отца моего...
— Конечно, Гарик. Если не ты, то кто? Кто из этого, прости меня, быдла, сможет строить нашу страну? Конечно, родной. Только не сегодня. Вот достроишь дом, тогда и поговорим.
— Рад стараться, Владимир Израилевич! Я ведь сам там квартиру и купил, на этапе котлована.
— Так и я купил, Гарик. Все купили. Это же первый жилой дом за десять лет. Всё больше торгово-развлекательные центры строили. Так что тут все купили, и не по одному разу.

— А я, когда я буду выступать? — в разговор вклинился стареющий телевизионный клоун в белом обтягивающем трико в блёстках.
— Да, Гарик, сегодня будут показывать твой дом по ТВ: вдруг кто ещё не вложился в него? Пусть клоун попрыгает, песенки попоёт, по телевизору покажут. Ну, да ладно, оставляю тебе этого певца, спасибо тебе, порадовал старика, мне пора.
— Спасибо, Владимир Израилевич, спасибо! — прораб вцепился двумя руками в старческую ладонь большого начальника. — Спасибо, большое спасибо!

И ещё долго стоял прораб на крыльце подсобки, до тех пор, пока начальственный кортеж не растворился в пелене цементной пыли, которую таджики щедрыми сеятелями раскидывали с высоты бетономешалки, у которой прыгал в срамных прыжках пыльный эстрадный певец, переливаясь блёстками обтягивающего костюма.
Люди-айсберги

О пешеходах

Ненавидите ли вы пешеходов так же, как я? Это ебаное нищеёбское быдло, грязно копошащееся за окнами моей комфортной иномарки, кто выдумал вас? Зачем вы на этом свете, нищие, сирые и убогие, коротающие свой гнилой век на обочине жизни? По мне так сосед на жигулях уже так, второсортное чмо попахивающее сыростью хрущовских панелек, тёщиными щами и говном кучи спиногрызов, а люди вне машины - это вообще, за гранью понимания. В наше время потребления ходить по тротуару это плевок мне, успешному менеджеру, это вызов, это бурление толпы. Давить, давить и ещё раз давить!

Пешеходишки

Отношение пешеходов и водителей в кино отмечено одной куцой фразой, что мол каждый пешеход мечтает стать автолюбителем и каждый автолюбитель мечтает стать пешеходом. Хуйня, товарищи, происки кровавых коммуняк и партийная пропаганда совка! Ни один автолюбитель в жизни не сядет с "этим быдлом" срать в одной песочнице. Если жизнь и наносит кровавый удар водителю, в то время, как машина в ремонте, то водила, зажимая нос и закатывая глаза находит в себе душевные силы залезть в маршрутку, как будто он спускается в глубины общественного сортира. Пешеходы не отстают в ненависти - лучи поноса, проклятий и матюгов летят в незадачливых водителей плотной стеной. Редкий, робкий "хуй" водоэмульсионкой, кокетливо завёрнутое "ухо" зеркало заднего вида, плевок на лобовое - вот и весь арсенал сопротивления пешеходов. Размазанные кишки на сто метров - это ответ автолюбителей. Пешеходы, несмотря на их количество, сливают неимоверно. Вот где современная революция, вот где характеры, битва мнений, вот где проходит классовый водораздел. И? Что мы видим в продажной прессе, продираясь через рекламу пластиковых окошек и увядающие сиськи очередной соски? "Неизвестный на бульдозере снёс остановку с пятидесятью нищеёбами, ожидающих социальный троллейбус, который ещё в том квартале скис в пробке и был сдан на металлолом. У трактора оцарапана краска с отвала. Личности погибших невозможно установить, да никто и не парится." Это всё? Всё, что вы можете сказать по теме?

Только Ленин нам даст верную оценку ситуации. Вождь учит нас искать везде деление на классы. Так вот оно вам, деление, прямо под вашим окном. Не читайте старые книжки, там всё в одной куче: весь народ засунут в завод и на пашню, а все богачи засунуты на фабрики и в дворцы. Время изменилось, изменился и индикатор классовой разницы. Индикатор чёткий, как пацанчик на зоне: если ты без тачки, ты лох и терпила, это знают даже дети. При всей бесполезности тачки в мегаполисе, коими славится наша нефтяная держава, именно тачка стала водоразделом классовой борьбы среди основного населения. Нет, что бы что попроще придумать, там, хуй на лоб какой золочёный, как у индусни сраной раздавать, так нет. Норот выбрал очень неудобный и громоздкий символ - шмат железа. Раньше были рысаки и борзые щенки, теперь железо. И давай все из себя семь потов спуская тянуть жилы, брать кредит и покупать тачку, да такую, котрая на одну-две ступени больше, чем можешь содержать. Естественно, чёрный-пречёрный джип пизденеющего размера, что бы в песочнице эдаким склепом смотрелся. Как только человечишка приобретает себе эту бирюльку, так сразу он становится, или считает, что становится, на одну ступеньку выше в эволюции. И на работе сразу отношение, и жена/баба подругому смотрит, и вообще, жизнь, кряхтя и попёрдвая, начинает поворачиваться лицом. Да не о водилах мы, вернёмся к пешкодралам.

Многие думают, что это прикол такой, общественное мнение тупой общественности, что тачка - признак крутости, а пешеход - признак лузерства. Что это смехуёчки пиздохаханьки, что всё не так и в глубине... А что в глубине, товарищ? Вот товарищ, скажи мне, ты видел хотя бы одного уважаемого человека пешком? Нет, ты не спеши подумай: какойнтьто ебучий депутат, пойдёт он пешком? Заводчик какой, параходчик, газетчик? Окей, спустимся к нам: ты видел хотя бы одного хозяина ларька без машины? Он прошёл хотя бы один метр в своей жизни своими ножками? Да у него музейный БМВ на ходу разваливается, но он в принципе, дабы не подцепить карму нищеёба, ногу на землю не спустит, как будто карма нищеёба передаётся как ботулизм, с землёй. Он так и будет сидеть в своём тухлом корыте посреди твреской с выпученными глазами и ждать эякулятор, но дверь не откроет на улицу! Или какой офисный хуёк, без тачки, ага, слабо? Ну есть, есть лузерьё, только от сохи, только поднимаются, к успеху идут, но вижу, вижу, как в потайной кубышке копится заветный первый взнос, вижу, как сидит доширачник на авто сайте. В курилке, понятно, надо кидать небрежное "нахуй тачку, я принципиально без тачки, да и живу рядом" Врёт, сука! По красной морде и глазкам видно - пиздит, пешеход! Пешеходы все враки, поголовно, и завистники страшные! И действительно, глядь - приезжает на новой тачке, пиздобол. Ну мы его потреплем по плечу, типа приколол, наебал, сколько КАСКА стоит, есть ли зимняя резина - свой человек стал. А был не свой, совсем не свой. Среди этих, кто по одиночке, со злыми рожами в метро ездят.

Давайте обратимся к особовысококультурным людям, которые всё знают, достигли нирваны и понимают всю ничтожность сущего. Блять, вы хоть раз видели этих гомосеков вне их изящных спорткаров? Как эти томные гламуроёбы приезжают в останкино, ебать нам мозг о бренности мира, на метро чтоли, а там, о ужас, пешком до телецентра? Или нет, возьмём художника: вы видели знаменитых художников в рашке пешком? Не на их рублёвской даче, а в парке, скажем, на пленере (в капотне, гыыы)? Да хуй там, художественный обмасленный хуй! Гламурный тюнингованный джип возит мольбЭрты и развальцованные жопки их обладателей между дворцами их богатых заказчиков. А кто же это ебашит с мольбертом по грязной мостовой; кто получил лужей в бородатую харю, пока в задумчивости на остановке рожал литературный шедевр; кто примёрз сракой к стенке в подземном переходе, завывая цоя? Художники думаете? Ага, щаз! Пососите выхлопную трубу поршекайона! Господа, вас наебали, это говно! Да да, всё это волосатое, мерзкое, грязное, бородатое, с вечно обветренными мордами, грязными протёртыми чёрными джинсами, с погаными акустическими гитарами в гробах за спиной, всё это - обычное говно, а не художники. Какое искусство вы ожидаете от высокодуховной девы, которая тёмным вечером в спальном районе чешет в своём платье до пят с огромной гитарой на квартирник девственников и девственниц? Напрасно, дорогая, ты выбрала крайнюю станцию метро - никто не изнасилуют! Насилуют в красивых машинах, на кожанных сиденьях представительских машин. А на капоте ржавой девятки тебе благостно, из чувства долга к обездоленным уродам, выебут. Фу, какая мерзость эти пешеходы, даже трахнуть не могут с антуражем, всё в засраном подъезде иди между гаражами богатых автолюбителей. Так вот, возвращаясь от темы ебли: что напишет культурного высокодуховная дева, будучи выебанной обдолбанным пешеходом на жёлтой ледяной скрипучей качели в тракторозводском районе челябинска? Будет ли нам "я вам пишу" или "заветный вензель"? Хуй там! Доморощенное пешеходное околокультурное отребье, ни чувства, ни такта, ни машины!

Или вот, как предпоследний аругмент, какойнибудь старичок-философ, познавший жизнь и перемещающийся исключительно на своих двух с половиной (не, не хуй - палочка), посмотрит на тебя своими старческими глазами, и скажет... Да мне понасрать, я знаю, что он думает, мне похуй, что он скажет. Он скажет, что смысл в жизни (сюда вставить любую хуйню) а сам будет думать об огромном джипе, всенепременно с подъёмником для инвалидной коляски, с массажёром геморроя и встроенной в прикуриватель капельницей. Каждый раз, как его обливают из лужи или загораживают вход в аптеку жирной жопой очередного внедорожника, он хочет. Он тоже хочет быть не нищим стариком, а человеком. А человек нонче - это айпишник и машина, эдакий роботизированный терминатор на подсосе у провайдера. У него нет ни того ни другого, вот он и мечется неприкаянный в своём дворе-колодце, пока жизнь проходит, всё ускоряясь, мимо. И на похоронах внучок процедит "вот бля, всего то оставил квартиру. А вот у соседа дед - газпромщик, ездил на тюнингованном гелике до гроба, да так и помер с блядью на соседней сидушке и в столбе - виагру с коксом замешал, старый хрыч." Да, быть старым и богатым, это тебе не цветы на девятое мая и "дедывоевали" в исполнении хора нищих олигофренов с ближайшей богадельни. Старость с шикарным авто шикарна, как само авто! Все любят, все уважают, и внучок заискивающе просит ключи "покататься". "На внучок, катайся, ток не дави так много, как в прошлый раз". И вот тогда, только тогда, можно развалиться в кресле со стаканом коньяка, и затянуть философию "знаете, жизнь такая штука..." Вот ему я верю и внимаю, а пешеходам - нет, не доверяю.

Ладно, лезем к эльфам, больше никого не осталось. И ваша расхожая шутка "эльфы не меряются машинами". Хм, так чем же они меряются, где у них мерило? Как они узнают, сколько раз надо "ку" делать? Общество у них точно такое же, на бабле замешанное. Количеством детей? Так нахуярь, как муслик, десять, и выёбывайся. Сдаётся мне, что выёбываются они тоже машинами. Как только появляется бабло, так сразу появляется поршень у входа. А все не покупают поршни потому что банально нет бабла, и это прекрасно! Поэтому этот пиписькомер и работает, и универсальный и единствено рабочий. Как только у эльфа накопится ящик бабла, так он сразу купит себе ягуар, бля буду. Просто нет у него бабла: ниггерам дай, муслям дай, убогим дай, зелёным дай, чёрным, жёлтым, копчёным, страховка, кредит. Так что давайте не будем ебать друг другу мозг и, прежде всего, себе. Тачка - статус, как ни крути. Пешеход - печать лузера, хоть ты слитки золота в карманах тришек таскай. Любой пешеход хочет стать автолюбителем, но, в силу кучи причин не может. Как только причины уходят, например развёлся нахуй, или бабло с продажи бабкиной квартиры обломилось, так сразу чел ломится в салон, за тачкой. Не зубы лечить, не в отпуск, не ниграм помогать, а за огромной крутой тачкой. В этом весь человек, в этом всё деление в этом всё противостояние завистливого пешехода и автолюбителя, у которого "жизнь удалась".
Люди-айсберги

Как автолюбитель в пробке жил.

Автолюбитель доел свой ранний утренний бутерброд, поцеловал жену, взял в охапку ребёнка и поехал на ежедневный моцион жителя мегаполиса. Свою машину он нашёл без проблем – по истошному воплю сирены, злым мужикам и бизнес-тёткам, которые её нещадно пинали. Извинившись перед соседями за пять минут опоздания, Автолюбитель засунул ребёнка на заднее сидение и с трудом выехал из песочницы, забрызгав грязью собаку, натужно гадившую под детским грибком. Остальные водители бросили свои занятия – кто резать соседу шины, кто втыкать лом в радиатор, кто рисовать хер на бочине, а кто и просто ссать на лобовое стекло – и начали играть в тетрис – передвигать свои машины по сложной траектории ближе к выезду со двора. Доехав до пятнадцатого подъезда, Автолюбитель удовлетворённо заметил, что встал в пробку на два корпуса позже. День начинался неплохо: из-за тридцатиэтажного дома пыталось выползти солнце, однако нищеброды, обгоняющие машину на своих двоих, грели душу лучше любого солнца.

Через полчаса он был уже у детского садика, находившегося на противоположной стороне двора.
— Папа, меня укачивает, можно я, как Петя, буду пешком от подъезда доходить? — с мольбой спросил отца ребёнок. Автолюбитель развернулся всем телом и возмутился:
— Ты что, сынка, бедняк какой? Это пусть беднота грязь в детсад на своих лаптях носит, а я уж как-нибудь тебя прокормлю и на машине довезу, хоть ты тут заблюй всё.
Ребёнок привычно выскользнул на асфальт и просочился между другими машинами в сторону калитки детсада. На секунду показалось, что его задавило, но вот уже он машет папе из облаков выхлопных газов с территории ещё закрытого в такую рань садика. Папа доволен, что сын растёт, как все, и что он – хороший отец.

Сделав круг по двору, Автолюбитель опять встал в пробку почти перед своим подъездом. Секунду он поколебался «а не сходить ли в сортир по большому?», но мысль о том, что пробка будет становиться больше с каждой рождённой говяшкой, скрепила задницу печатью терпения пробочного водилы. До станции метро доехал быстро. За полчаса. «А идти – пятнадцать минут», – в сотый раз подивился теории относительности и гению Эйнштейна Автолюбитель. Привычно хулигански крикнув в окно в сторону метрошного народца «лузеры», радостный Автолюбитель влез на перекрёсток на красный.

Шёл второй час утренней езды, а, значит, осталось меньше половины дороги. Автолюбитель тух в привычной пробке. Вокруг была скукота, подогреваемая восходящим знойным солнцем. На остановке тусовались длинношеие отбросы общества, смешно вытягивающие голову в надежде разглядеть в туманной завесе выхлопных газов вожделенный общественный транспорт. И, действительно, одним колесом по газону, а одним – по тротуару, неслась хач-маршрутка, смешно раскидывая в стороны зазевавшихся пешеходов. Шустро подъехала к остановке; короткий махач – и наиболее приспособленный городской житель уже размазывал свою радостную морду по потному стеклу обшарпанной «газели». «Газель» пёрнула исчадием умирающего двигателя, оставив бабушек вечно ждать бесплатный троллейбус, и беременная бедным офисным планктоном машина смерти понеслась дальше. В эти моменты Автолюбитель завидовал людям, которые могут побороть себя и залезть в маршрутку «с этим быдлом», и вспоминал годы своей молодости, когда из его деревни ходил только один «пазик» до района, на сельскую дискотеку…

Ближе к улице бывших строителей бывшего коммунизма Автолюбитель привычно стоял на трамвайных рельсах, справа поджатый троллейбусом, слева – встречным трамваем, а впереди опять стоял «ламбордин» с разодранным о рельсы брюхом. Хозяин «ламбо» нервно газовал, дико материл всё вокруг – поганую страну. и ментов, и всех на свете – но на встречку не выезжал, потому что там стоял «феррари», хозяин которого тоже дико матерился и попёрдывал двигателем, сбоку поджатый чёрной машиной с мигалками. Оба миллионера были заложниками системы: где своровал – там в пробке и стой. Автолюбитель уже не смотрел на набившие оскомину суперкары в дорожных суперямах, а разглядывал неплохо сохранившуюся «копейку» с хромированными колпаками на колёсах, когда увидел приближающуюся сзади громаду.

Сзади подкрадывался старый советский трамвай цвета крови с советской бабушкой «за рулём» общей массой шестьдесят сталелитейных тонн с бюджетным наполнением в виде пассажиров. Бабушка смотрела, как товарищ Сталин, – вдаль. Глаза её были чисты, мысли – свободны, а помыслы – очевидны. Сказать, что она ненавидела автолюбителей – это ничего не сказать. Бабуля пятьдесят лет водила этот трамвай по этому маршруту, и понаехавшие хамы на иномарках давили своими колёсами её коммунистическое сердце. Трамвай медленно приближался, бабушка ме-е-е-едленно тормозила, Автолюбитель медленно сползал под сиденье. Впереди стоял «ламбо», справа – огромных размеров проститутка призывно махала прокладкой с борта троллейбуса, слева мёртвой горой стоял другой трамвай, а к жопе приближался многотонный идейный писец.

Писец плавно въехал в жопку кредитной иномарке Автолюбителя, подтолкнул машинку вперёд, и она плавно въехала в подтянутую итальянскую жопку «ламбо». Только едва заметный подъём уголка сморщенных губ на лице старушки-трамвайщицы выдал ухмылку радости и небесполезности прожитого дня. Автолюбитель резко открыл дверь, дабы разобраться с трамвайным произволом и сбежать от хозяина впереди стоящей иномарки, но только вбил дверь в поджавший его другой трамвай. Автолюбитель был со всех сторон заперт в коробочку. В это время дверь «ламбордина» элегантно открылась вверх и явила хозяина суперкара, который заклёпками на модных джинсах начал скрести по трамваю, протискивая свою задницу к машине Автолюбителя. В руках хозяина «ламбо» был то ли пистолет, то ли сотовый. Автолюбителю было приятно думать, что это был большой старомодный сотовый, но организм почуял беду и предательски захотел в сортир по-большому: «Надо было таки сходить дома».

Снаружи бесновался красномордый водитель «ламбордина», лупил капот машины белыми ручками и стрелял вокруг из травматического пистолета в радостные морды пассажиров общественного транспорта. Пассажиры злорадно улыбались, кровожадно впитывали мизансцену, а резиновые пульки отскакивали от стекла. В это время встречный поток двинулся, и гламурного водителя «ламбордина» закатало куда-то между трамваями. «Уф, боженька помог», — перекрестился Автолюбитель, поцеловал пыльные иконы на торпедо авто. В сортир, однако, не расхотелось. Мало того, даже очень захотелось. Ссать в пробках несложно, в целлофановый пакет – и всех дел. А вот погадить – это была задача. Автолюбитель дождался проезда троллейбуса справа, включил сигналку под вопли окружающих и дореволюционный звон трамвая и пулей выскочил на тротуар.

На тротуаре оказалось полно людей, плотная бетонная стена дома и ни одного деревца: ад для собачки, вышедшей погулять. Автолюбитель, как и все водители, никогда не выходил из машины: только у дома и у офиса. Тут же было много незнакомых людей, которые подозрительно на него смотрели: «не нагадит ли где этот чужак?» – и были правы. Под неодобрительные взгляды бабушек на скамейках он подёргал несколько дверей подъездов и засел оглушительно гадить в микроскопическом палисаднике рядом с гадящим догом и маленькой девочкой, его выгуливающей. Дог понимающе лизнул Автолюбителя в морду, девочка стояла рядом, открыв рот. Как только человек и собака закончили своё дело, Автолюбитель пулей побежал назад к машине.

Машины не было. Не было и трамвая, троллейбуса, был только «ламбо» без его пафосного хозяина, с которого местные хачи пытались открутить колёса. Пробежав вперёд по рельсам, лавируя между чадящим и раскалёнными машинами, Автолюбитель обнаружил свою машину аккурат впереди красного трамвая со сталинской бабушкой. У авто был изрядно помят задний бампер и съедены шины. Бабушка-трамвайщица победоносно лыбилась и смотрела в светлую даль. Напрасно Автолюбитель прыгал, стучал в стекло трамвая, пытался отломать чугунное зеркало заднего вида, и пинал стальной лист бочины трамвая. Трамваю было пофигу. Отбив все ноги и проорав всю глотку, Автолюбитель устало плюхнулся в сидение: «Зато хоть погадил. С собакой», – накопал он позитива и продолжил тошнить в пробке.

Ближе к девяти из глубины немытых бетонных джунглей показалось муравьиное здание офиса. Солнце уже встало и нещадно палило, короткоюбчоные девчонки отвлекали от движения, студенты с холодным пивом мешали сосредоточиться на стоянии в пробке. «Пятьсот метров, за полчаса управлюсь», — рассчитал водитель. Оставить машину и дойти пешком? А зачем тогда он машину покупал, зачем все эти пробки, мучения? Так можно и на метро доехать.

Перед офисом уже шла война за место. Услужливые холуи гнули спину и ломали шапки перед господами на огромных чёрных джипах, убирали клоунские полосатые колпаки-фишки, освобождая место поближе к входу. Остальная челядь суетилась, как муравьи в обоссанном муравейнике, привычно выхватывая себе кусок ресурсов. Автолюбитель запарковался между помойкой с бомжами и пешеходным переходом, тут же сзади натыкались и заблокировали выезд ещё две машины. Все услужливо повесили номерки своих сотовых под стекло, в любезных глазах без толмача читалось: «Чтоб ты сдох, паскуда!» Проходящий мимо люмпен-пролетариат смачно плюнул туберкулёзной зелёной соплёй на мешающую проходить по тротуару машину, где-то истошно лаялись не поделившие место офисные работнички, шустрил эвакуатор с рыжей мигалкой – начинался обычный офисный день.

— Опаздываете, дорогой! — начальник отдела язвительно протянул руку для приветствия.
— Дык, десять минут!
— Надо раньше выходить!
«Куда, твою мать, раньше!» — про себя подумал Автолюбитель. — «И так машина не успевает остыть за ночь».

Переодевшись в сортире из потной пробочной рубашки в специально подготовленную свежую, Автолюбитель засел за компьютер, изучать расположение ближайшего авторизованного сервиса для планового техосмотра. «Два километра – не так далеко, за четыре часа туда-сюда успею», —потирал он ручки. В курилке обсуждалась свежая тема: секретарше-блондинке папик таки купил права и розовый «хаммер», и теперь на дорогах полный капут.

С трудом досидев до обеда, как будто неведомый шмель путешествий кусал за задницу и звал его в приключение, Автолюбитель смахнул со стола тяжёлую связку ключей и побежал в свою машину, вставать в свою очередную пробку. Только в прогретом салоне машины, в тяжёлом спёртом воздухе разогретого пластика и выхлопной пыли Автолюбитель успокоился. Жизнь приняла свой обычный размеренный ход, цели стали ясны, действия – понятны, смысл жизни вырисовался такой естественной пробкой, в которую каждый добропорядочный житель города должен встать по достижению определённого возраста, и где-то посреди пробки благочестиво помереть.